« Статьи

Стратегический элитарный объект

⏱ Время чтения: 8 мин
Стратегический элитарный объект — графическая интерпретация византийской мозаики с изображением императора Юстиниана и его свиты
Графическая интерпретация по мотивам византийской мозаики VI века «Император Юстиниан и его свита» из базилики Сан-Витале в Равенне. Оригинал мозаики находится в общественном достоянии ( источник изображения ).

Представление о стратегическом уме можно пояснить известным выражением: «Есть человек — есть проблема; нет человека — нет проблемы». Если нет Ландау или Гейзенберга — нет и фундаментальной физики; если нет Александра Македонского — нет и стратегических военных операций континентального масштаба. То есть нет ни научных, ни военно-политических проблем — остаётся лишь «неразличённость»…

Подобное понимание распространяется и на математику, философию, мировые финансы, военное дело, музыку и многие другие сферы. В каждом случае существует проблема, требующая человека, — без которого нет ни самой проблемы, ни её решения. Проблема существует только там, где существует ум, способный её увидеть.

Можно предположить, что будущие Рюриковичи возникли не на пустом месте. Определённые стратегические таланты рода, сумевшего объединить пространство Великого леса, проявились как способности не только отдельных военных вождей, но и как результат существования особой стратегической среды, воспроизводившей соответствующий тип мышления. Эта среда представляла собой интеллектуально-стратегический объект, удерживавший рамку проекта и направлявший его движение.

Подобный стратегический элитарный объект — не продукт деятельности одного человека, а мощная структура, способная обеспечивать реализацию стратегической политики через деятельность стратегического субъекта. Элитарный объект является ядром политического образования, внутри активной жизни которого возникают социальные лифты, карьеризм, обсуждение смыслов, поиск решений, совершенствование управления и преемственность власти.

Политическое образование, утратившее стратегический ум, перестаёт быть игроком — субъектом истории. Оно ещё может управлять настоящим, но уже не способно производить будущее. Утрата проектной активности ведёт к затуханию и последующему поражению завершённого исторического субъекта.

Объект, удерживающий пространство

Стратегический элитарный объект — это устойчивая социально-институциональная структура, способная концентрировать стратегическое мышление, воспроизводить носителей стратегической способности и обеспечивать преемственность генеральной линии при смене отдельных субъектов власти.

Что в таком контексте можно сказать о глобальных элитарных объектах, способных удерживать значительное пространство стратегической реализации, — таких, как Pax Romana, современная мировая англосаксонская элита, некогда разгромленная континентальной — прусской и французской, а также современный китайский стратегический элитарный объект, выступающий стержнем текущего китайского проекта?

Подобный объект позволяет удерживать пространство и обеспечивать стратегическую реализацию, исходящую от той части, которую можно определить понятием «стратегический ум». При этом наличие подобного объекта удержания, со всеми его характеристиками, делает возможной без особых затруднений замену публично-представительской части теми, кто в данный момент предлагает и реализует стратегический вектор.

Отсутствие подобного объекта — именно та проблема, которая становится причиной слабости определённых управлений. Это хорошо видно, когда какая-либо империя на пространстве Великой степи VI–IX веков н. э. после десятилетий стремительных завоеваний огромных территорий внезапно исчезает после одного проигранного сражения или гибели какого-нибудь кагана.

Стратегический стабилизатор

В таком смысле становится понятной ситуация, позволяющая уловить один важный нюанс. С одной стороны, возникают дворцовые перевороты и конфликты между представителями древних родов — теми, кто во времена Императорского Рима постоянно боролся за право надеть лавровый венок.

При этом всё остальное, ранее реализованное стратегическое пространство, практически не замечает этих «потрясений», поскольку стратегический элитарный объект настолько массивен, а его инерция столь велика, что сдвинуть его в каком-либо направлении или направить к новой стратегической реализации чрезвычайно трудно. Именно поэтому смена правителя далеко не всегда означает смену стратегического курса.

Чем мощнее стратегический элитарный объект, тем меньше зависимость проекта от качеств конкретного правителя. Такой стратегический объект выступает своеобразным стратегическим стабилизатором, способным в значительной степени игнорировать неадекватность верхнего стратегического звена, которое может в течение некоторого времени подавать странные или хаотичные сигналы, не разрушая при этом общую логику стратегической реализации.

Отрицательная масса и «неадекватный» ум

Однако этот же объект одновременно становится и носителем отрицательности. Когда возникают серьёзные исторические вызовы, требующие перемен, а накопленная масса элитарного объекта уже не позволяет сойти со сложившейся нисходящей траектории, стратегический ум оказывается вынужден прибегать к радикальным мерам. Чем мощнее стратегический элитарный объект, тем труднее ему изменить самого себя.

В случае успеха подобные радикальные выходки и удары по массе элитарного объекта, при значительных усилиях со стороны стратегического ума и успешной реализации предпринятого замысла, способного своей незаурядностью осуществить немыслимый исторический сдвиг, продлевают жизнь стратегической исторической реализации ещё на несколько столетий. Примером подобных решений можно считать перенос столицы императором Константином, принятие христианства, а также последующие действия в рамках реализованной программы.

И да, отсутствие стратегического элитарного объекта, напротив, позволяет проводить практически любые преобразования. Однако глубина их реализации и последующая историческая конкретность остаются незначительными. Слабый объект легко меняется, но почти ничего не способен удержать. Сильный объект трудно изменить, но именно он способен создавать исторические эпохи.

«Естественная» направленность

Отсюда неизбежно возникают размышления о направленности процесса формирования такого стратегического объекта, который способен удерживать определённое пространство и управлять пульсацией некоего глобального стратегического инструмента.

Неизбежно возникают и умозаключения о его «естественном» разрушении и саморазрушении, а также о конкуренции подобных стратегических элитарных объектов, способных выигрывать и проигрывать глобальные стратегические соревнования.

И, наконец, формируются «почти точные» предположения, связанные с осознанием того, что всё человеческое является «искусственным», а не «естественным». Если человеческое является искусственным, то и стратегические объекты не возникают сами собой. Их формирование также становится частью проектной деятельности.

Это позволяет предположить, что многие события, происходящие в контексте формирования современных стратегических сосредоточений, не случайны, а являются результатом определённого проектного замысла. То, что выглядит естественным историческим процессом, нередко оказывается следствием длительной проектной реализации, скрытой от непосредственного наблюдения.

Duval, B. (2024, April 26). Venice and the problem of grand strategy. The Bazaar of War. https://dispatch.bazaarofwar.com/p/venice-and-the-problem-of-grand-strategy