Странности
Возможно, в последнем значении, присутствующий существует непонятно «зачем». Но у него нет выбора, нет возможности быть иначе, хотя всегда нависает возможность «перестать быть». Но такое «перестать быть» — это возможно не решение, а это слабость, это бегство от навязанной обязанности, от «дара предназначения». И возможно, именно «принятие обязанностей» — это основная задача для пришедшего сюда. Или?..
И мир-происходящее — это не фантазия, и он-мир существует, как ему хочется, но это не все существование. И возможно, присутствует что-то другое, странное, нечто экзистенциальное, или то, что противоречит збывшести. И это «что-то из того странного повторения», которое снова и снова разрывает это «уже произошедшее».
И странность сложно понять, а после и принять. Но если не принять, то значит выбыть на обочину и исчезнуть в чужой Истории. Но сильно принять — это означает стать участником Истории, стать участником особой борьбы, странного противостояния, сильных страданий…, и сильной гибели…, и особого бессмертия в том числе…
И глубокое итоговое «тотальное принятие» — это обретение конкретной исторической линии, которая всегда связывает воедино непонятный, но как-то очередной раз понятый путешественником замысел этого глобального столкновения-путешествия.
И, конечно же, возможно, последняя цель путешествия — это загадка, это неизведанность, но такая неизведанность для тех, кто сильно понял такое — манит и требует стать на путь разгадки, то есть на путь конкретной реализации…
Причем «сильно понял», но затем «опять забыл»… И такое «забытье» — это то, что было, есть и будет тем «сильным беспамятством» любого, кто пришел… «Беспамятством», которое странным образом связывает с тем, что не сбылось… с тем «ино»… Но хватит ли у того, кто уснул, очередной раз сил, чтобы вспомнить, понять, сильно понять?
Сильное принятие
Сильное принятие — это принятие конкретной исторической эстафеты и обязательной исторической необходимости. И это, также, и особая, и обязательная субъективизация, которая раскрывается через обязательный «путь» и «роль» в этом всем происходящем. А дальше выбор, решения, действия, труд… Ну и все остальное: стороны, победы, разочарования, предательство, интриги, точки, вехи, новые скачки…. И все такое возможно можно понять в слове «борьба».
Возможно, конкретная борьба — это всегда борьба за конкретную жизнь, возможно, за свою и близких.
Подобная сильная жизнь — это нечто значительное, это то, что действительно происходит. Или это «конкретный путь» — путь тех, кто был — и тех, кто будет.
Такой «особый путь» можно понять в качестве и произошедшего, и того, что происходит. То есть в качестве Истории, которая обязательно предполагает и Направление, то есть Цель Стремлений, и сумму тех, кто Происходит в качестве Участника, то есть Субъектию. И одновременно «разное после», а это и традиции, которые возникнут в результате Истории, и разное Священное после, что станет действительным в результате сильного произошедшего-происходящего…