Для анализа особого процесса становления духовности можно обратить внимание на события, описанные в романе Стендаля «Красное и черное»[i] и в произведении Джека Лондона «Морской волк»[iii]. Также интересные аспекты можно найти в модернистском романе «Степной найденыш»[ii] и в произведении «Скарамуш»[iv].
Взятое в работу понятие «хлев» не подразумевает чего-то оскорбительного или уничижительного. Представленное — это только способ противопоставления: чего-то, что стремится в мечтательные сферы, и стремлений, которые направлены к чему-то приземлённому. То есть радикальность может быть предположена, но на самом деле она в тексте не подразумевается.
Противопоставление «слоев» — это только умозрительный приём, который позволяет представить что-то эфемерное, но это не подразумевает сложившихся на практике гражданственных структурностей, действительных прав личности, утверждения гражданских свобод и другого...
То есть представленные рассуждения — не более чем синтетические мысли о романе Стендаля, которые подразумевают размышления о романтическом мире.
И гностические интонации, которые могут быть предвзято приписаны, — этого на самом деле не предполагалось. То есть дело тут совершенно в ином, а точнее в том, что современная «философия» почему-то отрицает присутствие действительности метапроисходящего, предполагая вместо этого то отражение от материальности, то ложную надстройку над материальным.
Но что есть материальность? Что? Слабое понятие?
Существо, наделённое духом, – ведёт что-то духовное: конкретные мысли и действительные мечтания (Жюльен Сорель).
Предположим, что присутствуют те, кто стремится к чему-то высоко-духовному, кто хочет что-то узнать и «понять, что происходит», ощущая бесполезность происходящего, его тоскливую бессмысленность (Хэмфри Ван-Вейден). Но существуют и те, кому всё это высокое – не интересно.
Предположим, что среди «тех, кому интересно», – могут также возникать и те, кто может что-то подсматривать у вечности, привнося огонь с Олимпа сюда, в мир всегда остывшего. И не только подсматривать, а после – и создавать что-то тут действительно великое, что-то грандиозное или то, что будет превышать присутствующую бесполезность.
И разделение на тех, «кому интересно», и тех, «кому это не нужно», очень возможно, – возникает по неизвестной причине. Возможно, это что-то связанное с чем-то до-воспитательным, с чем-то глубоким и не совсем известным. Итак, предположим, что причина предрасположенности – это что-то скрытое от простого указания причин.
Остановимся на том, что загадочное (очень условное) разделение на тех, кому интересно, и тех, кому это неважно (последние, они даже не скучают, а просто уткнулись в тарелку), – присутствует.
Но не стоит путать скучающих (бесов), которые пытаются себя уничтожить тем или иным способом, и действительных идеалистов, которые хотят что-то «услышать и понять». То есть тут речь совсем о другом.
Предположим, что существуют те, кто «духом живёт в хлеве», им это духовное — не интересно. Или, возможно, их идеи — это про поесть: «поросята и патока»[ii]. А когда поесть предоставляют в большом количестве, то оказывается, что, опять же, почему-то не возникает творчество, духовность, а наоборот — «опухание».
И подобный слой, он достаточно широк: от тех, кто почему-то совершенно оторван от духовных стремлений, до тех, кто всё же может что-то услышать. Но глубокая заинтересованность — это всё же не возникает. И дело тут не в какой-то «физической ограниченности» — с этим всё сложнее, и дело тут не в гностицизме. «Различность такой духовности» — значительно показана в романе Джека Лондона «Морской волк»[iii].
И управление уже вот таким происходящим, оно может осуществляться как через прямое управление (методами из романа «Морской волк»), но также и через руководство с помощью ментальной манипуляции — через подсовывание ведомым различного на несколько дней, дергая их туда-сюда, из стороны в сторону. Скрывая от ведомых то, что они ведомые, и не потому что — а просто по причине их отключённости от мира мечты.
Но подобный значительный ведомый слой, он также может быть руководим чем-то значительным, значительными мечтаниями. И мечтания, они могут быть о чём-то высоком или, возможно, только о каком-то скотстве. Итак, могут быть разные мысли и различные «исторические» «закономерности».
Можно предположить, что руководящий слой — он может специально предлагать что-то, что будет выдергивать всех из хлева, направляя к миру мечты. А может быть и так, что уставший правящий, он и не хочет, или не способен тянуть собрание к чему-то значительному. Что в итоге становится причиной сползания и последующего завершения всего происходящего, которое устремляется вниз.
Но, как бы, сообщество — ставшее окончательным хлевом — это нечто, что перестаёт существовать в качестве собрания, которое может жить по единым законам и занимать значительные пространства. То есть поддержка социально-достигнутого — это требует цивилизационных констант, а когда эти константы отрицаемы, то что затем? Новое варварство? Дикие племена?
И, конечно же, подобный слой «всегда к хлеву» — он никогда не догадывается о том, что шум в его голове — это не само, и не его шум. А там или туда кто-то нашумел.
И, как всегда, у главного героя романа «Красное и чёрное» будет отсутствовать способность к обычному взаимодействию с теми, кто хочет быть в хлеву. Но он также не способен стать «бригадиром» (Волк Ларсен). Он является тем, кто способен к чему-то другому. И если, всё же, выход не будет найден, тогда он будет либо покалечен, либо, ожесточившись, сломав себя, станет частью этого мира без мечты, что потребует постоянной демонстрации приверженности привычкам хлева (взаимодействие в начале романа судового кока и Хэмфри Ван-Вейдена или Сореля с отцом и братьями на мельнице).
И процесс деактивации Сорелей в падающем сообществе — может приобретать катастрофический характер. Подобные Сорели — это те, кто завтра с помощью сильной свежей крови оживляют всё собрание, создавая восходящий поток. Но, конечно же, подобные молодые разночинцы — это всегда угроза для законсервированного правящего, который устал и уже ничего не хочет.
Причём, когда идёт обратный процесс, наверх будет устремляться что-то другое (хлев), но это как раз и есть показатель того, что система переворачивается с ног на голову.
Организация взаимодействия управляющего слоя и тех, кто без мечты хочет в хлев, как обычно, требует тех, кто будет способен к организации грубого принуждения всей массы к положительным стремлениям (Волк Ларсен в романе «Морской волк» Джека Лондона [iii]).
То есть духовность, из-за своей «комплекции», характера, но и привычек, не способна к прямому принуждению (описание Хэмфри Ван-Вейдена в самом начале пребывания на борту «Призрака» в романе «Морской волк» [iii]). И поэтому она будет игнорируема. Поэтому всегда существует определённая прослойка между, что позволяет организовать правильное и положительное движение.
Итак, боцман, сержант, старший смены в цехе, бригадир в кол... – это обязательная составляющая организации положительного производства.
А если Сореля или Хэмфри Ван-Вейдена воспримут в качестве равного – жди беды.
Оценивая состав, но и горизонтальные и вертикальные конструкции, можно предположить различное отраслевое, ведомственное или что-то другое. А это – различная управляющая и не только интеллигенция. Управляющие с различной степенью и значением.
Воинское сословие – для руководства значительным армейским механизмом. Спецслужбы, которые должны обеспечивать целостность механизмов. Дипломатический корпус. Научная интеллигенция в целом. Высший слой, занятый искусством…
Движение снизу вверх. И если система находится в здоровом состоянии, то вход снизу открыт и доступен для тех, кто способен «демонстрировать мышление». Или система образования позволяет проникать снизу «всем, кому не лень». То есть в момент очередной модернизации, в начале становления, в первом поколении – разночинцы проникают в технические и обслуживающие слои, заполняя собой нижние этажи управления.
Предположим, что «живущих в хлеву», их, как обычно, возглавляют те, кто живёт по-другому, те, кто способен к чему-то более значительному (удивлению от созерцания величия гор[v]). То есть те, у кого могут возникать несколько другие стремления, что позволяет организовывать положительное воспроизводство.
И вот эти: те, кто к свету знания, – их можно также разграничить в зависимости от стремлений.
В качестве нижнего управляющего слоя в романе «Красное и чёрное» показано благородное провинциальное общество с обязательным кругом признаков местечковости. И можно предположить, что нижнее звено управления – оно не сильно оторвалось от тех, кто в хлеву, единственно у него наличествует воспитание, образование, что, как бы, и является первичным качеством для различения.
Но стоит предположить, что и между присутствующими слоями управленцев – существует граница. Основным является понимание того, чем является знание, или того, что это всегда способностью к самостоятельному мышлению, а не знание дат и формул. И можно обладать эрудицией, энциклопедичностью, знать определения, но и, одновременно, не быть способным понимать смысл всего этого несвязанного. Знать произведённые кем-то «схемы» – это пустота, а не настоящая работа со смыслом.
В начале романа «Красное и чёрное» Сорель – демонстрирует местной провинциальной публике память, предъявляя способность запоминать и знать что-то наизусть. Но знание о том, что это не знание, а бесполезность, – недоступно для провинциалов.
В романе представлен и высший слой, способный к самостоятельному мышлению. Слой, который — презирает демонстрацию цитат и энциклопедичность.
Высший слой, благодаря хорошему образованию, но и чему-то другому, знает цену «статическому» знанию. Подобный самодостаточный участник способен к самостоятельному, независимому мышлению, что и подтверждает то, что это высший слой (иногда это верхний слой управления).
Такой высший слой духовно самостоятелен и способен к производству независимого мышления, то есть — реальности. Видимое, произведённое человеком, — это только остаточное от мышления (работы духа, производства смысла). И все стратегические, управленческие, политические, экономические, научные и другие конструкции — это только мышление, только акты мышления, которые затем могут становиться чем-то другим. Косвенным от присутствия производителей смысла является что-то внешне замечаемое: вкусы, мода, предпочтения, привычки или совокупная «культурная реальность», которая завтра движется вниз, на периферию и в провинцию.
Наличие высшего класса производителей — это возможность для присутствия независимости, субъектности, собственного мышления, а значит, и замыслов, и Истории затем.
Но высший слой — также может быть ведомым. У него отсутствует умение производить особые цивилизационные константы, что требует предположения способных (например, иезуитские коллегии).
Но ведомые (и даже верхний слой) — они не могут заменить тех, кто работает несколько иначе. При этом, при отсутствии подобной «свихнутой» составляющей — любая территория будет включена в мир. И мир, неожиданно для себя, начинает говорить на языке центра, принимать обычаи и способ жизни, исходящие из «источника» цивилизации.
И да, в действительности, Западное ядро, с точки зрения его условно-этнической составляющей, на протяжении нескольких последних веков было представлено тремя значительными субстанциями. Конечно же, существуют и другие включения, но всё же случилось именно так, что только эти части стали чем-то сверхзначительным: разработки чего становились достоянием всей остальной цивилизационной общности.
И да, до возникшего процесса перехода на собственные разошедшиеся национальные языки, ранее для производства, в качестве инструмента, использовался латинский. Но реформация перечеркнула объединённый процесс, но и одновременно включила в процесс значительные народные слои снизу.
Что также не отрицает факта того, что рядом с протестантским движением, как бы, возник миланский гуманизм, а в будущем и движение просветителей, что стало основанием для завтра особых коллегий.
Верхний слой — это те, кто способен к жреческому, к схватыванию и производству смыслового. Трансляция смыслового — это то, что позволяет схватывать мир мечты, а после — производить «мир мечты тут».
Подобный слой — это именно те, кто руководил античным греческим чудом, те, кто являлся гражданами Афинского и других древнегреческих полисов. Этот, особо-свободный, способный к аганольному взаимодействию с другими свободными, — способен к воспроизводству «собственного мира мечты». При этом не только к мечтанию о чём-то высоком, но и к его реальному осуществлению, к практике. А желающие подключиться к процессу, македонцы, стали только продолжением подобной реализации эллинского мира мечты, начало которого можно обнаружить в творчестве Гомера.
А последующее становление Рима — это именно возникшая культурная двуязычность. Это впитывание римским патрициатом греческого стоицизма и остальных сильных духовных традиций, что, очень возможно, становится основанием той будущей империи-цивилизации.
А следующий мир мечты, он тоже, в своём основании, это то, что опиралось на всю античную традицию, с подключением в процесс второго центра.
А завтра — это неведомые или известные отцы просвещения, гуманисты Милана, и те, кто из Академии в Кереджи. Но и те, кто организовал протест уже значительно остывшему центру, который перестал вырабатывать мир мечты, что стало основанием значительного загнивания и скатывания к хлеву.
Этот верхний слой — он всегда очень узок, и могут возникать времена, когда слой отсутствует, либо представлен кем-то одним.
Могут быть времена, когда те, кто, как бы, официально слой, — не выполняют свою функцию, а вместо них, где-то рядом или параллельно, есть те, кто осуществляет подобное высшее духовное.
Таким высшим жреческим всегда была коллегия. Управление процессом вне центра было организовано следующим образом:
Высший управленец. Первый от-коллегии «республики»... У первого от-коллегии (управленца), окончившего отраслевой факультет, наличествовало специальное образование для управления в определённой области: «воинский, сельскохозяйственный, машиностроительный, химический». Одновременно с таковым первый должен был освоить: высшую школу, для того чтобы быть в курсе наивысшего жреческого управления процессом. Подобная школа предполагала две отрасли: идеологическую (ЦЕЛЬ) и управленческую (MBA).
Жрец. Зам. по идеологической работе. Всегда присутствует профессиональный жрец заместитель (философский, теологический факультеты), представляющий профессиональное жреческое сословие (и это не Аббат Пирар).
Коллегия в целом была сформирована вокруг мечты (роялистской, республиканской, социал-демократической), которая изначально была частью движения, возникшего в предыдущем веке.
Но всё это было управляемо мечтой (роялистской, республиканской, социал-демократической); когда же мечта остыла, вся конструкция посыпалась. Что одновременно было связано с тем, что высшая коллегия заполнялась теми, кто не был способен работать с мечтой, запретом на работу с высоким, а на последних этапах — подрыв.
Там, через кого прошло очередное «Просвещение», всегда существуют коллегии жрецов, а от них отстроенный механизм передачи до самого последнего участника собрания. А если это отсутствует — наличествует что-то другое. А если нет, то…
При устремлении, при положительном производстве, при разрастании общности — возникает давление снизу вверх. То есть происходит проникновение вверх тех, кто способен подключаться к процессу движения вперёд. Им необходима личная свобода для реализации себя, и реализация себя для осуществления творческой свободы. А всё, что мешает «свободе для реализации», — будет сметено.
И когда система работает правильно, тогда подобное: проникновение и давление — предполагает определённые ограничители, которые позволяют расставлять проникающее наверх, согласно их содержанию или духовной составляющей. И да, кто-то, конечно же, может, иногда, демонстрировать способности к математическим преобразованиям, но его другие качества — не позволят быть способным для встраивания в разворачивающийся мир мечты. Или «стремление к хлевности» — будет перечёркивать возможное дальнейшее продвижение внутри возникающей субъектии.
А если процесс пошёл вниз, или наоборот, — те, кто: «будут неспособны строить хлев», или те, «кто будут стремиться к мечте», — будут выброшены из процесса.
Когда мечта гибнет, когда правящий слой деградирует — деградируют и те, кто способен работать с мечтой, но и те, кто способен к положительному производству во всех смыслах.
Но и одновременно с таковым — происходит заполнение системы «теми, кто хочет строить только хлев». Процесс нарастает, а дальше лавинообразное схлопывание.
Если же, конечно, не будет обнаружен Лютер, который может освежить процесс. Но если нет, и новое основание не будет найдено — тогда система двинется вниз. А завтра она может стать чьим-то призом, или чем-то другим…
И может оказаться так, что низы в таком процессе — это ещё те, кто значительно здоров. А то, что «взобралось на самый верх процесса к хлеву» — это что-то нетрудоспособное и неэффективное, то, что неспособно к положительному производству.
И здоровые трудоспособные низы, возникшие в результате предыдущего положительного развития — ещё какое-то время вытягивают процесс, процесс возглавления себя теми, кто строит хлев. Но, в итоге, система начнёт давать сбои.
«Сорель» — это энергия молодости, энергия толчка, энергия действительной свободы. Свободы, которая подразумевает высокие духовные порывы, а не какое-то слабоумие в качестве свободы.
«Сорель» — это те, кто способен прорвать возникающие остывающие оболочки, изменяя постоянно возникающее завершение.
«Сорель» не принадлежит к нижним или средним сословиям, с которыми он не равен духовно.
Но и высший класс принимает его с трудом, так как его «бессословное состояние» — это угроза для особого «пересыщенного» мышления уже-свободных. Свобода высшего — это нечто, что устремляется к оторванности от обычной адекватности или к декадансу, что, как это ни странно, становится причиной интеллектуальной ограниченности в итоге.
Но обуздание и управление энергией «Сорель» — это всегда, завтра, обнаружение возможности реорганизовать существующее остывание, но, правда, только на время. А если завтра свежий поток иссякнет или возникнет глубокая консервация — тогда это становится причиной завершения для всех.
Активное, становящееся групповым, может возникать по нескольким причинам. Во-первых, это возникшая необходимость привлечения или, даже, само-становления низов, связанная с вчерашним ростом и конкуренцией с игроками рядом, а затем — без возможности продвижения разночинцев вперед. Что, например, можно наблюдать в итоге многовекового развития королевства Франция до 1789 года в качестве сформированного «третьего сословия».
Что также будет соединено с выпадением части из высших слоев, которые, по различным причинам, не будут обладать возможностью реализовать свое, прежде всего, духовное право. И не всем так повезет, как Пьеру Безухову или, так, как Василию Андреевичу Жуковскому, и многим другим (реальным или вымышленным).
Но не включенность подобных незаконнорожденных, младших сыновей, но и способных снизу — все это будет становиться основанием для накопления определенного противостояния с высшим классом. И чем будут отличаться разночинцы Новой Англии от приезжающей управлять губернаторской власти Суверена? Или заседающие в кафе «Амори» адвокаты из третьего сословия и парижская высшая знать? Но прогуливающиеся по Невскому разночинцы и высшая аристократия? — Ничем. А дальше конфликт («Скарамуш» — роман Рафаэля Сабатини).
А может возникать и сильнейшее торможение со стороны верхов, которые уже давно никуда не идут, а значит, им ничего предложить коллективному Сорелю. И что о таком торможении может сказать либеральное учение и клубы свободных? И новое мироустройство затем…
Но коллективный Сорель и «бесы» — это не одно и то же. В первом случае — это попытки обнаружить способ для обнаружения мира мечты, для реализации свободного духа, для движения вперед к новым горизонтам. Во втором: представлено соединение духовной ущербности и одновременной собственной бесполезной нереализованности, причина которой не в подавлении, а только в себе, что становится основанием глубочайшего нигилизма, или отрицанием любого положительного движения и желания самоуничтожиться, уничтожив всех.
И подобная ущербность бесов — это то, что возникает в среде средне-мещанской сытости, которая оторвана от действительной жизни и не позволяет увидеть, что все в обычном мире несколько не так, как это кажется в закрытом и оторванном мещанском мирке. И высокие духовные порывы и стремления — это все недоступно для, как бы, образованных, но и одновременно испорченных и ограниченных мещан, у которых ничего нет, кроме их претензий. Кто видел предложения от бесов? Разве что — самоуничтожится.
Суть «общества равных возможностей» заключается в том, что тот, кто демонстрирует способность к интеллектуальному, к сильному напряжению, но и способен понимать высокую духовность мира мечты, — должен быть первым. Это и есть, очень возможно, предполагаемая в работах Ницше: «аристократия духа».
§ То есть, когда собрание стремится к мечте — тогда на первых ролях те, кто способен двигаться к ней.
§ Когда же собрание устанет — тогда верхи заполоняются чем-то средним, что в итоге может стать причиной нового рывка или наоборот сползания к окончательному хлеву.
§ Когда собрание движется к хлеву — тогда последние становятся первыми, а дальше — закат.
И любой труд — он почетен. Единственно, система, которая движется к мечте, в ней мечтатели оказываются на острие. А в деградирующей — все наоборот, и острие стремления смотрит в пол.
Лео Штраус. «Анабасис» Ксенофонта // Vox. Философский журнал. — 2021. — № 32. — С. 51—82.
[i] https://ru.wikipedia.org/wiki/Красное_и_чёрное
[ii] Фраза взята из работы американского романиста Бретта Гарта «Степной найденыш» — https://ru.wikipedia.org/wiki/Гарт,_Брет
[iii] Джек Лондон «Морской волк» — https://ru.wikipedia.org/wiki/Морской_волк_(роман)
[iv] «Скарамуш» — роман Рафаэля Сабатини — https://ru.wikipedia.org/wiki/Скарамуш_(роман)
[v] Письмо к потомкам (Петрарка)